Остался ли повод для сомнений?

Кажется ничто не может сейчас поколебать в рейтингах топ-новостей поток информации с фронтов мирового финансового кризиса. И все же новость, пришедшая из Туркменистана на прошлой неделе, надолго закрепилась в лентах ведущих мировых информационных агентств: получили официальную огласку итоги исследований британской компании Gaffney, Cline & Associates, проводившей аудит месторождений восточной части Туркменистана. Авторитетный аудитор оценил оптимальные запасы природного газа месторождения Южный Елотен–Осман в 6 трлн. кубометров, а месторождения Яшлар – в 0,675 трлн. кубометров. Таким образом, теперь оценка потенциала туркменского газового экспорта из разряда предположительных перешла в категорию официально подтвержденных и выросла при этом почти на 7 триллионов кубометров углеводородного сырья. А разведанное туркменскими геологами месторождение Южный Елотен–Осман можно теперь по объему запасов поставить на пятое или четвертое место в мире. Казалось бы, эту новость можно безоговорочно относить к разряду положительных. Теперь у представителей мирового сообщества, ведущих с Туркменистаном переговоры о перспективах поставок туркменских энергоносителей на мировые рынки, не остается и тени сомнения в возможностях и надежности такого рода партнерства. Однако, положительная новость, как оказалось, может вызывать радость двойного свойства. Кто-то склонен радоваться по поводу очевидной прибыли в достатке, а для кого-то нет большей радости, чем известие, что у соседа корова сдохла. Характер прозвучавших в средствах массовой информации комментариев к событию, разбавлен изрядной долей неприкрытого сожаления по поводу подтверждения гарантированного запаса природного газа в Туркменистане. В свое время было высказано предостаточно скептических оценок по поводу возможностей Туркменистана соответствовать идее многовариантности экспортных поставок газа. Теперь же, когда поводы для открытого скепсиса испарились, те, кто привык «сомневаться» по заказу, цепляются за последние крохи недоверия. Дескать, и аудиторская компания, дававшая свои оценки, - не самая крупная и авторитетная в мире, и полученные данные еще надо перепроверять… Кроме того, прослеживается тенденция подвергнуть сомнению как возможности соблюдения Туркменистаном своих международных обязательств по поставкам газа, так и перспективы российско-туркменского газового партнерства. Теперь, мол, Туркменистан, почувствует себя смелее в выборе международных партнеров, что грозит пересмотру его долгосрочных планов газового экспорта. Жизнь уже многократно подтверждала нехитрую житейскую истину: каждый склонен видеть окружающий мир в меру собственной испорченности. Если подвергать сомнению все и вся – это самоцель, подтвержденная неким социальным заказом, то скептика не смогут переубедить самые веские доводы. Но разве не проще в такой ситуации сверится с жизненными реалиями? За время своей 17-летней истории независимого развития Туркменистан ни разу (!) не дал неоправданного обещания, ни разу не нарушил бравшегося на себя международного обязательства и закрепил приоритетную ответственность по международным соглашениям в новой Конституции страны, принятой в конце минувшего сентября. Что касается предпочтений в выборе партнеров для крупномасштабных экономических проектов, то здесь, по словам президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова, его страна руководствуется, прежде всего, принципами собственного статуса постоянного нейтралитета и прагматичностью подхода в каждом конкретном случае, с учетом экономических, а не политических преимуществ. В своем недавнем интервью для журнала «Туркменистан» туркменский президент подчеркивал: «Сегодня конституционно закрепленная гарантия неприсоединения к военным блокам и союзам – лучшее свидетельство подлинного миролюбия внешнеполитических устремлений государства. И это обстоятельство делает нас понятными, предсказуемыми и открытыми для любого потенциального международного партнера и в то же время освобождает от тени какой бы то ни было политической конъюнктуры. Потенциал туркменского постоянного международного нейтралитета прекрасно реализует себя и в международном экономическом партнерстве. Отсутствие внешних подозрений в политической ангажированности позволяет Туркменистану чувствовать себя в позиции надежного партнера и, скажем, для члена НАТО – Турции, и для члена ОДКБ – России, и для члена движения неприсоединения Ирана. Переживая беспримерный экономический подъем, Туркменистан стремится к расширению международного экономического сотрудничества на взаимовыгодной основе с любыми заинтересованными партнерами». Сегодня, когда материальная составляющая наглядно подтверждает надежность экономического потенциала страны, а публичные высказывания руководителя государства не оставляют сомнений в искренности его устремлений, нужны ли дополнительные доказательства надежности Туркменистана в качестве международного партнера? Неисправимые скептики уже, по факту, остались не удел, а их число в ближайшем будущем, уверен, сойдет на «нет».